Webbc.ru

Веб и кризис
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Запрет уступки права требования

Договорный запрет на уступку требований работать не будет: ВС РФ разъяснил положения ГК РФ о цессии

В конце 2017 г. Верховный суд РФ представил целый ряд документов и разъяснений, которыми предстоит руководствоваться судам и участникам оборота при разрешении различных правовых вопросов. Один из таких значимых документов — постановление № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее — постановление № 54) — Пленум Верховного суда РФ принял 21 декабря.

В июле 2014 г. глава 24 ГК РФ, регулирующая вопросы перемены лиц в обязательстве претерпела довольно существенные изменения (внесены Федеральным законом от 21.12.2013 № 367-ФЗ). Выждав, пока судебная практика сформирует подходы к применению обновленных норм, Верховный суд РФ приступил к обобщению ключевых выводов и работе над ошибками.

Первое рассмотрение проекта постановления № 54 состоялось 5 декабря 2017 г. Затем текст отправили на доработку. Участники Пленума посчитали, что необходимо убрать некоторые взаимосвязанные пункты, касающиеся регулирования залоговых отношений, как выбивающиеся из тематики постановления, посвященного уступке требований. В итоге обновленную версию постановления Пленум ВС РФ принял 21 декабря.

Первый раздел постановления № 54 разъясняет общие положения о переходе требований на основании договора. Пленум ВС РФ обращает внимание судов на то, что уступка требования может происходить как на основании договора, предусмотренного законом, так и на основании соглашения, законом не предусмотренного.

В качестве примера уступки требования на основании предусмотренного ГК РФ договора в постановлении № 54 приводится наиболее распространенный на практике случай — уступка из договора купли-продажи. К договорам о такой уступке применяются правила ГК РФ о договорах купли-продажи, в частности п. 1 ст. 460 ГК РФ, по смыслу которого при неисполнении цедентом обязанности передать требование свободным от прав третьих лиц цессионарий вправе требовать уменьшения цены либо расторжения договора, если не будет доказано, что он знал или должен был знать о правах третьих лиц.

В качестве примера соглашения об уступке, не предусмотренного законом, в постановлении № 54 приводится договор между цедентом и цессионарием, по которому цессионарий принимает на себя обязанность передать цеденту часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию. Подобные соглашения, разъясняет Пленум ВС РФ, закону не противоречат.

Важные разъяснения касаются государственной регистрации договора уступки требования, вытекающего из сделки, требующей госрегистрации: соответствующий договор уступки считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (п. 2). Вместе с тем отсутствие регистрации не может повлечь негативные последствия для должника, если он предоставил исполнение на основании полученного от цедента надлежащего письменного уведомления. В этом случае применяются положения ст. 312 ГК РФ об исполнении обязательства лицу, управомоченному кредитором.

По вопросу возмездности уступки требования в постановлении № 54 разъяснено, что отсутствие в соглашении об уступке условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным, незаключенным или квалификации соответствующих отношений в качестве дарения. В таком случае цена должна определяться по правилам п. 3 ст. 424 ГК РФ.

Договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование) (п. 6). В ходе работы над проектом в этот пункт были внесены уточнения, более ясно раскрывающие особенности перехода прав на будущие требования: требование сначала возникает у цедента, а затем переходит к цессионарию. Это означает, что при открытии в отношении цедента дела о банкротстве переход требований к цессионарию может и не произойти, а само требование может попасть в конкурсную массу цедента.

В пункте 7 постановления № 54 разъясняются вопросы уступки цедентом одного и того же требования по нескольким параллельным сделкам разным лицам — так называемая двойная уступка. В этом случае надлежащим кредитором является то лицо, для которого момент перехода требования наступил ранее. Другие же цессионарии вправе потребовать от цедента возмещения убытков. Но если должник уже исполнил обязательство перед цессионарием, не являющимся первым в иерархии, риск последствий такого исполнения несет тот цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее.

Невозможность перехода требования, например, про причине его принадлежности иному лицу или его прекращения, сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка (п. 8). Цедент в этом случае отвечает перед цессионарием за неисполнение договорного обязательства. Такой же подход применим и к соглашению об уступке будущего требования — когда уступка не состоялась по причине того, что уступаемое требование не возникло или не было приобретено у третьего лица.

Допустимость уступки требований

В постановлении № 54 даны разъяснения о том, что спорность уступаемого требования не свидетельствует о недействительности или незаключеннности сделки (п. 11 и 12). Допустимой является и уступка денежного требования, вытекающего из кредитных и страховых отношений, если иное не установлено законом. Пленум ВС РФ обращает внимание судов на то, что действующее законодательство допускает уступку требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, о возврате полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, а уступка требования об уплате сумм неустойки допускается как одновременно с уступкой основного требования, так и отдельно от него (п. 13 и 14).

Важные разъяснения даны по вопросам уступки неденежных требований без согласия должника: если такая уступка делает исполнение обязательства значительно более обременительным, должник вправе исполнить обязательство цеденту. При возникновении не слишком существенных дополнительных затрат цедент и цессионарий обязаны возместить должнику его расходы. До исполнения ими обязанности по возмещению расходов должник не считается просрочившим (п. 15).

Отдельный блок разъяснений посвящен вопросам недействительности уступки требований, совершенной вопреки условиям договора о необходимости получения согласия на уступку либо вовсе запрету на уступку. По сути, постановление № 54 обессиливает договорный запрет уступки. Так, уступка неденежных требований может быть признана недействительной по иску должника, только если цессионарий знал или должен был знать об указанных ограничениях. В отношении договорного запрета уступки денежного требования подход Пленума ВС РФ еще более ограничительный: уступка по такому требованию, совершенная в нарушение договорного запрета, действительна по общему правилу даже в случае осведомленности цессионария об этом запрете. При этом, правда, у должника сохраняется возможность потребовать возмещения расходов, вызванных переходом требования и являющихся необходимыми, солидарно с цедента и цессионария (п. 18).

Уведомление должника об уступке требования

К уведомлению должника об уступке применяются общие правила ст. 165.1 ГК РФ. В отсутствие уведомления или обстоятельств, которые позволяют считать уведомление доставленным, цедент не вправе отказаться от принятия исполнения (п. 19).

В постановлении № 54 предлагается различать ситуации, когда уведомление направляет первоначальный кредитор и когда новый. При получении уведомления от прежнего кредитора должник обязан передать исполнение лицу, указанному в уведомлении. Такое исполнение является надлежащим и при недействительности договора, на основании которого производилась уступка. Если же уведомление об уступке направлено новым кредитором, стандарт поведения у должника будет иной: он вправе не исполнять обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора, а при непредставлении подтверждения в разумный срок должен исполнить обязательство первоначальному кредитору.

В пункте 21 даны разъяснения о содержании уведомления. В нем должны быть сведения, позволяющие достоверно идентифицировать нового кредитора и определить объем перешедших к нему прав. Существенные пороки уведомления позволяют должнику по своему выбору либо исполнить обязательство первоначальному кредитору, либо приостановить исполнение и потребовать предоставления необходимой информации от первоначального кредитора.

Возражения должника, перевод долга и иные вопросы

Постановление № 54 разъясняет положения ст. 386 ГК РФ о возражениях, которые должник вправе выдвигать против требований нового кредитора. Так, должник вправе выдвигать против требования нового кредитора не только возражения, которые он уже имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору, но и возражения, основания для которых возникли к этому моменту. Например, допустимо возражение заказчика против требования о платеже, вытекающее из договора подряда, если обязательство по выполнению работ возникло до получения уведомления об уступке. При этом право на заявление соответствующих возражений не зависит от момента выявления недостатков работ.

Пункт 24 постановления № 54 посвящен особенностям проведения зачета в ситуации уступки требования. Как пояснил докладчик — судья ВС РФ Иван Разумов, при подготовке этого пункта рабочая группа исходила прежде всего из того, что перемена кредитора в обязательстве на основании сделки, в которой должник не участвует, не может ухудшать положение должника. Соответственно, должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если основание его требований возникло к этому моменту и срок исполнения обязательства наступил до получения уведомления. Если же требование должника к первоначальному кредитору возникло к моменту получения уведомления об уступке, однако срок его исполнения еще не наступил, оно может быть предъявлено должником к зачету против требования нового кредитора лишь после наступления срока исполнения.

Читать еще:  Гражданско правовой договор рб это

Пленум ВС РФ также обращает внимание судов на две разновидности перевода долга по обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности:

привативный перевод долга, когда первоначальный должник выбывает из обязательства;

кумулятивный перевод долга, когда первоначальный и новый должники отвечают перед кредитором солидарно.

В пункте 27 постановления № 54 изложены презумпции, которыми следует руководствоваться при неясности соответствующего соглашения:

если неясно, кумулятивный или привативный перевод долга согласован сторонами, надо исходить из того, что первоначальный должник выбывает из обязательства;

если неясно, кумулятивный перевод долга или поручительство согласованы сторонами, следует исходить из того, что соглашение является договором поручительства.

Кроме того, в постановлении № 54 разъясняются вопросы передачи договора, а также процессуальные вопросы.

Статья 388 ГК РФ. Условия уступки требования (действующая редакция)

1. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

2. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

3. Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

4. Право на получение неденежного исполнения может быть уступлено без согласия должника, если уступка не делает исполнение его обязательства значительно более обременительным для него.

Соглашением между должником и цедентом может быть запрещена или ограничена уступка права на получение неденежного исполнения.

Если договором был предусмотрен запрет уступки права на получение неденежного исполнения, соглашение об уступке может быть признано недействительным по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона соглашения знала или должна была знать об указанном запрете.

5. Солидарный кредитор вправе уступить требование третьему лицу с согласия других кредиторов, если иное не предусмотрено соглашением между ними.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 388 ГК РФ

1. Законодательно закреплены следующие условия уступки требования:

1) допускается уступка требования между кредитором (цедентом) и другим лицом (цессионарием) при условии, что такая уступка требования не противоречит закону. При этом цедентом является первоначальный кредитор, уступающий требования другому лицу (новому кредитору), а цессионарием — новый кредитор, которому уступается соответствующее требование;

2) установлен запрет уступки требования без согласия должника по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (например, уступка права требования по договору о совместной деятельности без согласия всех участников невозможна, так как личность участника имеет существенное значение);

3) закреплены правовые последствия заключения соглашения между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности (см. п. 1 ст. 2 ГК РФ).

При этом заключение соглашения:

а) не лишает юридической силы уступку;

б) не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование;

в) кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за неисполнение условий соглашения;

4) предусмотрено право на получение неденежного исполнения как один из видов уступки требования, которое может быть уступлено без согласия должника, если уступка не делает исполнение его обязательства значительно более обременительным для него. При этом должнику и цеденту предоставлена возможность заключить между собой соглашение, содержащее условие о запрете или ограничении уступки права на получение неденежного исполнения.

5) предусмотрена возможность уступки требования солидарным кредитором. У солидарного кредитора право уступить требование третьему лицу возникает только с согласия других солидарных кредиторов, иное может быть предусмотрено соглашением между солидарными кредиторами.

Следует отметить, что комментируемая статья посвящена в большей степени не условиям уступки требования, а ограничениям при такой уступке. Пунктом 1 комментируемой статьи устанавливается общий запрет на уступку требования, если такая уступка противоречит закону. В частности, противоречить закону будет уступка прав, которые не могут переходить к другим лицам (ст. 383 ГК РФ). Противоречить закону будет и уступка, представляющая собой злоупотребление правом, например совершенная лишь с целью создать дополнительные обременения должнику, а также уступка, совершенная в целях ограничения конкуренции или злоупотребления доминирующим положением на рынке (ст. 10 ГК РФ). Уступка прав, осуществление которых требует специальных разрешений или лицензий, также противоречит закону. Исключениями являются уступка банком своих прав по кредитному договору лицу, не имеющему банковской лицензии, и передача страховщиком прав, полученных в результате суброгации, лицу, не имеющему лицензии на осуществление страховой деятельности (см. п. п. 2, 3 информационного письма ВАС РФ от 30.10.2007 N 120).

2. Пункт 2 комментируемой статьи не допускает уступку без согласия должника в случае, если личность кредитора в обязательстве имеет для должника существенное значение. При возникновении спора доказывать данное обстоятельство надлежит должнику. Факт же получения согласия со стороны должника должны доказать стороны договора об уступке требования.

Нормы п. 2 статьи необходимо отличать от дефиниции ст. 383 ГК РФ. В случае с отношениями, регулируемыми ст. 383 ГК РФ, имеет место связь личности кредитора с обязательствами. Эти обязательства персональны, а связь формализована. В случае же с комментируемой нормой связь существует между должником и кредитором, и эта связь может как иметь формально-правовой характер (должник и кредитор являются родственниками, например), так и не быть формализованной.

3. Первоначальная редакция рассматриваемой статьи предусматривала возможность установления посредством договора запрета на уступку требования. В редакции ФЗ от 21.12.2013 N 367-ФЗ комментируемой статьей устанавливаются отличные друг от друга правила для уступки денежных обязательств и для уступки неденежных обязательств. В случае с неденежными обязательствами сохраняется действовавшее прежде общее правило о возможности установления договорного запрета на уступку требования. Для денежных обязательств вводится новое правило, согласно которому уступка денежных обязательств не может быть запрещена при условии, если обязательство связано с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности.

Таким образом, договором нельзя установить запрет на уступку требования при одновременном соблюдении следующих условий:

— требование является требованием из денежного обязательства, то есть обязательства произвести оплату деньгами наличным или безналичным путем;

— обязательство связано с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности.

При рассмотрении последнего условия необходимо обратить внимание на следующие моменты. Во-первых, для всех сторон передаваемого обязательства оно должно быть связано с предпринимательской деятельностью. Во-вторых, здесь не требуется, чтобы для цессионария обязательство цессии было связано с предпринимательской деятельностью, поскольку он не является стороной обязательства, уступка требования по которому происходит.

Следует отметить, что новые нормы, в соответствии с которыми уступка требования по денежному обязательству допустима независимо от условий соглашения сторон, являются весьма логичными, поскольку переход прав кредитора по денежному обязательству мало обременяет должника-предпринимателя, ввиду того что такое исполнение происходит безналичным путем и с этой точки зрения нет принципиальной разницы, кто является получателем такого исполнения.

4. Соглашением между должником и кредитором может быть запрещена уступка неденежного исполнения другому лицу. Такое соглашение может быть заключено одновременно с основным соглашением, являясь его частью, а может быть заключено в иной момент (ранее или позднее), отдельно от основного соглашения, из которого неденежное требование кредитора происходит.

5. Новой редакцией комментируемой статьи не разрешается уступка права на получение неденежного исполнения, если это делает исполнение значительно более обременительным для должника. Для установления допустимости уступки в данном случае необходимо определить, во-первых, обременяет ли уступка должника дополнительно. Если исполнение должником обязательства цеденту связано с определенными обременениями, исполнение должником обязательства цессионарию, даже будучи обременительным, само по себе дополнительных обременений для должника не создает. Например, должник обязан передать предмет договора в месте нахождения кредитора. Это действие, безусловно, обременяет должника, но изменение места исполнения в связи с переходом права к цессионарию, находящемуся в том же населенном пункте, что и цедент, не создает дополнительного обременения, а лишь заменяет одно обременение другим, равнозначным.

Под дополнительными обременениями следует понимать:

— обязанность должника выполнить дополнительные действия;

— необходимость исполнить обязательство иным, отличным от первоначального, способом;

— необходимость нести дополнительные затраты при исполнении обязательства.

Во-вторых, если дополнительные обременения для должника уступкой требования все же создаются, необходимо рассмотреть, насколько они существенны. При оценке данного обстоятельства необходимо учитывать значительность обременений, которые понес бы должник при исполнении обязательства цеденту. Существенность здесь следует понимать относительную, а не абсолютную, беря за ориентир обременения, которые несет должник при исполнении обязательства цеденту.

В соответствии с п. 14 информационного письма ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 должник обязан доказывать, каким образом уступка нарушает его права и законные интересы. Поскольку дополнительные обременения, налагаемые на должника уступкой, являются частным случаем нарушения законных интересов должника, доказывать как само наличие этих обременений, так и их значительность обязан должник.

Читать еще:  Исключительные права на фотографии

6. Пунктом 5 комментируемой статьи устанавливается запрет на уступку солидарного требования одним из кредиторов без согласия других кредиторов. Нормой не регулируется ни форма обращения за таким согласием, ни форма самого согласия. Поскольку согласие есть сделка, то к его форме применяются общие нормы о форме сделок ст. ст. 158 — 165 ГК РФ, из которых можно сделать вывод, что согласие может быть выражено в любой форме, если соглашением между солидарными кредиторами не предусмотрено иное. Тем не менее кредитору, пожелавшему уступить свои права требования, необходимо учитывать, что обязанность доказывания факта согласия остальных солидарных кредиторов лежит на нем, факт же письменного согласия доказать проще.

Согласие может быть как общим, так и конкретизированным, то есть согласием на совершение отчуждения по определенной сделке. Положениями статьи не предусмотрено отзыва согласия.

Закон не запрещает остальным солидарным кредиторам выдвигать дополнительные требования в обмен на выражение согласия. Например, другие кредиторы могут потребовать для себя преимущественного права приобретения уступаемого требования, как условие дачи общего согласия на уступку.

В соответствии с комментируемым пунктом солидарные кредиторы могут прийти к соглашению, которым устанавливаются иные правила относительно уступки требования, чем установлены п. 5 настоящей статьи. Указанным соглашением может быть установлен как полный запрет на уступку права одним из сокредиторов, так и право кредитора произвести уступку без согласия других сокредиторов.

7. Применимое законодательство:

— Конвенция ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле (Нью-Йорк, 12.12.2001);

— Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА;

— ФЗ от 14.11.2002 N 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»;

— Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей».

8. Судебная практика:

— Постановление Пленума ВС РФ от 28.06.2012 N 17;

— информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 146;

— информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120;

— информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.07.2000 N 56;

— Постановление ФАС Московского округа от 02.12.2013 по делу N А40-33825/13-133-315;

— Постановление ФАС Поволжского округа от 14.11.2013 по делу N А65-4954/2013;

— Постановление ФАС Поволжского округа от 12.11.2013 по делу N А57-760/2013;

— Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 28.10.2013 по делу N А19-16063/2012;

— Постановление ФАС Поволжского округа от 24.10.2013 по делу N А65-9251/2012;

— Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 03.09.2013 по делу N А10-4019/2012.

Уступка права: как меняются нормы ГК о цессии и какие вопросы остались без ответов

Новеллы: как меняется регулирование цессии

Дополнение в ст. 386 ГК [вторая позиция в таблице – «Право.ru»] – почти революционное. Оно защитит нового кредитора от «сюрпризов», которые могут появиться спустя некоторое время. В то же время новелла заметно ограничит права должника, который обязан мгновенно сориентироваться, собрать документы и помнить о том, что право на возражение может в любой момент прекратиться.

Партнер АБ «Инфралекс» Артем Кукин

Согласно новой норме, сообщить о возражениях нужно «в разумный срок». Сколько он составляет – определит, как обычно, судебная практика. В качестве общего правила можно сказать – чем раньше, тем лучше, говорит Екатерина Баглаева из КА «Юков и партнеры».

Если должник – организация и в ней работают квалифицированные специалисты, им будет несложно оперативно представить возражения против требования кредитора, прогнозирует Кукин. Проблемы, по его мнению, могут возникнуть у граждан, главным образом – заемщиков по потребительским кредитам и микрозаймам. «Граждане, как правило, всячески избегают контактов с коллекторами, но это обернется теперь против них: коллекторы смогут говорить, что «уклонисты» потеряли право на возражения».

Новеллу не может одобрить Сергей Морозов из юркомпании «Хренов и партнеры». Ему непонятно, почему обязанность раскрывать риски, связанные с уступкой, возложили не на цедента, а на должника, который вообще не участвует в договоре цессии. К тому же должника обязали раскрывать возражения только новому кредитору, а не первоначальному. Почему они не равны в своих правах, задается вопросом Морозов. Когда начнет действовать норма, недобросовестные кредиторы смогут уступать права требования своему аффилированному лицу – это поможет им заранее узнать возможные возражения должника и ограничить его в новых возражениях, опасается Морозов.

Возможность ограничить ответственность цедента за недействительность требования [третья позиция в таблице – «Право.ru»] увеличит риски цессионария, поэтому ему надо пользоваться новой нормой с максимальной осторожностью, прокомментировала руководитель группы практики по разрешению споров Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Юлия Романова.

Защита добросовестных лиц: вопросы без ответов

В договоре цессии можно предусмотреть запрет на уступку права. Но законодательство не обеспечивает исполнения этого условия. Должник вправе оспорить уступку лишь по неденежному обязательству, а цессионарий знает о договорном запрете (ч. 4 ст. 388 ГК), говорит Морозов. В остальных случаях, по словам юриста, должник может требовать лишь возмещения убытков, но получить их через суд довольно сложно.

Кредитор получает простор для злоупотребления правом: сначала он выторговывает для себя условия получше в обмен на запрет уступки, а затем может безболезненно нарушить это условие и уступить право требования.

Юрист юркомпании «Хренов и партнеры» Сергей Морозов

Впрочем, если цедент и цессионарий хотели причинить вред должнику, то уступку можно попробовать признать недействительной по признаку злоупотребления правом (ст. 10 и 168 ГК), напоминает Баглаева из «Юкова и партнеров».

Павел Меньшенин из КА «Делькредере» поднимает другую проблему: защищен ли добросовестный цессионарий от договора уступки, заключенного задним числом? По мнению адвоката, ответа не дает ни Гражданский кодекс, ни Постановление Пленума ВС № 54 от 21 декабря 2017 года. «Например, цедент уступил требование, передал подлинники документов, должник исполнил обязательство новому кредитору, – рассказывает Меньшенин. – Тут приходит третье лицо и говорит, что цедент уступил ему это требование раньше, хотя должник и цессионарий об этом не знали. Это третье лицо взыскивает неосновательное обогащение». П. 4 ст. 390 ГК о риске последствий такого исполнения Меньшенин считает недостаточно конкретной, а Пленум не разъясняет норму, а лишь ее цитирует.

Злоупотребления с договорами цессии

  • Чаще всего договоры цессии используются для вывода ценных активов, в том числе – в банкротстве. Например, их могут оплатить неликвидными векселями. Также накануне отзыва лицензии банк может уступить избранным кредиторам права требования к надежным заемщикам, которые «оплачивают» уступку деньгами, зависшими на счетах этого же банка, приводит пример Кукин.
  • Чтобы начать банкротить компанию максимально быстро, недобросовестные лица покупают права требования по кредитным договорам, делится Юлия Романова из Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP. Требования банков здесь не надо заранее «просуживать», объясняет она. Эффективных мер против такой тактики пока нет – остается доказывать факт злоупотребления правом в каждом конкретном деле, говорит Романова.
  • В банкротстве должник может выкупить часть требований через аффилированные фирмы и получить контроль над процедурой. Кроме того, цессия используется для обхода законодательного запрета включать в реестр кредиторов внутрикорпоративные требования. Например, компания получила от акционеров заем, а они уступили право третьим лицам «со стороны». Тут можно попытаться уйти от квалификации корпоративных отношений, ссылаясь на добросовестность цедента, делится Сергей Морозов из юркомпании «Хренов и Партнеры».
  • Бывает, что цессионарий практически ничего не заплатил цеденту, но уже получил право требования к должнику. По словам Михаила Гусева из АБ «Инфралекс», таким образом взаимосвязанные компании выводят активы. Но это может быть и просто недобросовестный цессионарий. Доказать безвозмездность цессии крайне сложно, говорит адвокат: если нет оплаты или условия об оплате, суды это еще не убедит (п. 3 Постановления Пленума ВС № 54). Как показывает практика, признать такие сделки недействительными возможно уже в банкротстве, утверждает Гусев, который приводит в пример постановления АС Московского округа № Ф05-12458/2016 от 11 апреля 2017 по делу № А40-99087/2015 и № Ф05-15689/2017 от 03 ноября 2017 по делу № А40-124117/2015.
  • С помощью уступки права требования физлицу можно искусственно изменить подведомственность и подсудность экономического спора. В суде общей юрисдикции может быть проще получить обеспечительные меры (например, наложить арест на имущество), ведь в арбитражных судах это скорее исключение, делится руководитель практики «ФБК Право» Александра Герасимова. Она призывает чаще использовать подход, который Президиум ВАС сформулировал еще в 2008 году: «Не допускается искусственное изменение подведомственности экономического спора» (Постановление от 09 сентября 2008 года № 6132/08).

Как обеспечить стабильность оборота прав требования и защитить всех его участников – обсудят на круглом столе Петербургского международного юридического форума «Уступка требования в судебной практике». Юрфорум пройдет с 15 по 19 мая 2018 года.

Договорный запрет на уступку не служит основанием ее недействительности

В 2015 году между заказчиком и подрядчиком был заключен договор строительного подряда. Впоследствии, в связи с неоплатой выполненных работ, подрядчик отказался от сотрудничества с заказчиком до полной оплаты выполненных работ.

Читать еще:  Порядок возмещения убытков в гражданском праве

В октябре 2015 году подрядчик заключил договор цессии, согласно которому цессионарий с 01.01.2016 г. приобрел права требования из договора подряда к заказчику в полном объеме.

Цессионарий обратился с иском в Арбитражный суд города Москвы с требованием о взыскании задолженности по договору подряда.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований в полном объеме, сославшись на п. 2 ст. 382 ГК РФ, согласно которому для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Данный запрет был прямо предусмотрен договором подряда, согласно которому цессия без письменного разрешения заказчика не допускается.

Апелляция поддержала позицию АС города Москвы, оставив решение без изменения, при этом не приняв доводы истца о необходимости применения п. 3 ст. 388 ГК РФ, согласно которому соглашение об ограничении уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку, поскольку договор цессии был заключен в октябре 2015 года, а вышеуказанная норма вступила в силу 01.06.2016 г. и не имеет обратной силы.

Арбитражный суд Московского округа отменил судебные акты, признав основания отказа в иске незаконными.

Кассационная инстанция указала, что в силу п. 2 ст. 383 ГК РФ и абз. 2 п. 2 ст. 382 ГК РФ сделка по уступке является оспоримой, поскольку в материалах дела судебного акта о признании уступки недействительной нет, мотивы судов отказа в иске являются ошибочными.

Отдельно коллегия отметила, что п. 3 ст. 388 ГК РФ должен применяться к спорным правоотношениям, поскольку для юридических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, он действует с 01.07.2014 года, соответственно, выводы суда апелляционной инстанции о невозможности применения этой нормы также необоснованны. Дело направлено на новое рассмотрение.

Запрет на уступку прав из договора без согласия кредитора часто используется лизинговыми компаниями и страховщиками для предотвращения исков от профессиональных участников, которые скупают права требования из договоров и предъявляют иски от своего имени.

Пункт 2 ст. 388 ГК РФ (в ред. ФЗ от 21.12.2013 N 367-ФЗ) прямо устанавливает, что, если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника.

Несмотря на появление в ГК прямой нормы о возможности оспаривания уступки по иску должника, судебная практика по этому вопросу, остается на консервативных позициях и суды не признают цессию недействительной по этому основанию.

Так, чаще всего п. 2 ст. 388 ГК РФ применяется судами в обоснование доводов о действительности цессии со ссылкой на то, что должник не оспорил сделку (постановление АС Волго-Вятского округа от 12.10.2016 по делу № А43-6772/2014, постановление АС Восточно-Сибирского округа от 30.06.2016 по делу №А19-18865/2014, постановление АС Московского округа от 22.11.2016 по делу №А40-139101/2015).

В случае, когда такой иск предъявлен, суды находят иные основания для отказа. В частности, приводят пункт 3 статьи 388 ГК РФ (ред. от 31.12.2014), согласно которому уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности (постановление АС Западно-Сибирского округа от 16.06.2016 по делу №А70-12338/2015, постановление АС Западно-Сибирского округа от 08.06.2016 по делу №А67-5048/2015, постановление АС Московского округа от 04.02.2016 по делу №А40-39809/2015, постановление АС Северо-Западного округа от 20.12.2016 по делу №А56-11661/2016).

Судебные акты, в которых суды, сославшись на запрет уступки права требования, применили п. 2 ст. 388 ГК РФ и признали цессию недействительной, единичны. (постановление АС Западно-Сибирского округа от 18.04.2017 по делу №А75-3375/2016).

С учетом такой судебной практики, которая не готова признавать запрет на уступку, в качестве основания для ее недействительности, на наш взгляд, целесообразным может быть включение в договор условий, не просто запрещающих уступку из договора без согласия, но условий, предусматривающих последствия нарушения этого запрета.

Такими последствиями может быть штраф за уступку прав из договора без согласия кредитора, в том числе право должника удержать такой штраф с сумм, причитающихся цессионарию.

Возможность установления такого штрафа прямо предусмотрена п. 3 ст. 388 ГК РФ, в котором указано, что соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Таким образом, если при нарушении договорного запрета на уступку не удается оспорить договор уступки, то у должника (лизинговой компании), по крайней мере, возникает возможность взыскать штраф с кредитора-цедента, что может в какой–то части ограничить такую уступку, а при расчете сальдо встречных обязательств, отнести указанный штраф на лизингополучателя.

Продам долг. Дешево

Эта история случилась в Новосибирской области. Там фирма пошла в суд с иском к некой гражданке, задолжавшей коммерсантам больше 864 тысяч рублей. Правда, истцы попросили добавить к этой сумме еще и госпошлину в 12 тысяч рублей.

Дело рассматривал Центральный районный суд Новосибирска и принял решение в пользу фирмы, присудив ей столько, сколько она попросила. Областной суд, недолго думая, это решение утвердил. Проигравшая ответчица дошла до Верховного суда РФ и там нашла понимание.

Верховный суд РФ с местными решениями не согласился и встал на сторону должницы. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда разъяснила свою позицию, рассказав, где и как ошиблись их коллеги в регионе.

История этого иска началась еще в 2007 году, когда нынешняя ответчица взяла в банке кредит в 35 тысяч рублей под 25 процентов годовых. Срок действия подписанного ею кредита был «до востребования, но не позднее мая 2027 года». Спустя полтора года после подписания этого договора у самого финансового учреждения началась бурная личная жизнь — банк стал преобразовываться, потом сливаться с другим банком, потом, и не один раз, он поменял название. В 2013 году, судя по материалам дела, кредит клиентки, который на тот момент уже был с долгом, банк передал другому финансовому учреждению, к которому перешло и право требования долга. Интересно, но, судя по документам, банк, купивший долг, в тот же день передал его в некое ОАО, а это общество спустя буквально пару часов уступило долг гражданки одному ООО, а тот — второму ООО. Так в реестре уступаемых прав и появился договор нашей ответчицы. И с 35 тысяч рублей сумма долга выросла почти до 900 тысяч рублей, из которых половина суммы — основной долг, а остаток — неуплаченные проценты.

Решение районного суда было простым — ответчица «ненадлежащим образом исполняла обязательства по кредитному договору, права требования по которому были уступлены».

Апелляция с таким решением согласилась, подчеркнув, что согласие должницы на переуступку прав требования не нужно, так как «личность кредитора не имела существенного значения для исполнения должником обязательств».

Кроме того, областной суд сказал, что кредитный договор «не содержит условия, запрещающего передачу прав третьим лицам». Вот с такими выводами местных судов и не согласился Верховный суд РФ. Свои разъяснения он начал с Гражданского кодекса. В нем есть 382-я статья, в которой говорится, что право требования, принадлежащее кредитору, может быть передано другому лицу «на основании закона». Для такого перехода к другому лицу прав кредитора согласия должника не требуется, «если иное не предусмотрено законом или договором».

Потом Верховный суд перешел к материалам своего пленума, который рассматривал споры о защите прав потребителей (N 17 от 28 июня 2012 года). На пленуме было разъяснение — решая дела по спорам об уступке прав требований по кредитным договорам потребителей (физических лиц), суд должен учитывать следующее. В Законе «О защите прав потребителей» не предусмотрено право банка или иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Исключение — «если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении».

Вывод Верховного суда — действующее законодательство не исключает возможность передачи прав требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) другим лицам, у которых нет лицензии на банковскую деятельность. Но такая уступка допускается только в том случае, если подобное прописано в договоре между банком и его клиентом и обе стороны это согласовали, заключая договор.

Судя по материалам нашего дела, кредитный договор, который заключила гражданка с банком, не содержал положения о возможности переуступки прав по этому договору третьим лицам. По мнению высокой судебной инстанции, райсуд не учел, а областной суд не увидел, что разъяснения пленума Верховного суда применены в этом деле неправильно. Поэтому решения новосибирских судов отменены, и спор придется пересматривать заново.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector